Пн. Май 16th, 2022

Дизайнер Радима Кушхова — автор черкесских платьев, которые с удовольствием носят современные женщины. Недавно она получила новый грант на развитие своей мастерской. Что привело в профессию, почему этнические мотивы вошли в моду и как удаётся сочетать роль молодой мамы с работой — в интервью «АиФ-СК».

Платья даже снятся
Светлана Болотникова, «АиФ-СК»: На что получила грант ваша мастерская, чем будет заниматься?

Радима Кушхова: Новый проект предполагает открытие мастерской по пошиву и прокату стилизованной национальной одежды для широких масс. То есть не только нарядов для свадебного торжества и других праздников, чем занимается уже существующая мастерская.

— Это мы делали по проекту, которым занимались по гранту Росмолодёжи. Давали мастер-классы по старинному золотному шитью, техникам плетения, которыми сегодня в идеале владеют лишь единицы мастериц. Детям было очень интересно, они задавали много вопросов. Из-за пандемии эту работу пришлось приостановить, но мы планируем снова ею заняться.

ДОСЬЕ
Радима Кушхова (Дышекова), 28 лет. Родилась в селе Лечинкай Чегемского района КБР. Окончила Кабардино-Балкарский госуниверситет. В 2013 году получила первый грант молодёжного форума «Машук» на создание коллекции стилизованных национальных платьев «На рубеже веков». Затем создала свою мастерскую и свадебный салон. Дизайнер, художник декоративно-прикладного искусства.
Современную европейскую одежду Радима считает более удобной.
Современную европейскую одежду Радима считает более удобной. Фото: Из личного архива/ Радима Кушхова
— Рукоделие пользуется популярностью среди девочек, девушек?

— Интерес к вышивке и рукоделию сейчас вырос. Работает много кружков, проводятся мастер-классы по вышивке. Думаю, это связано с возрождением национального костюма в целом. Сейчас практически ни одна свадьба не проходит без традиционных нарядов, ведь это очень красиво.

Но, к сожалению, это искусство всё реже передаётся из поколения в поколение. Раньше каждая девушка умела шить и вышивать. Девочек с ранних лет учили держать иголку в руках, это воспитывало в них терпение и усидчивость.

— Для кого вы сшили первую вещь и когда поняли, что это может стать вашей профессией?

— Я всегда знала, что не буду медработником или юристом. Первую вещь сшила ещё в дошкольном возрасте, это была одежда для куклы. Специально меня никто не учил. Мама работала учителем физики и математики и иногда подрабатывала шитьём, а также для меня шила красивые платья на праздники. Я очень любила наблюдать за процессом и повторяла за ней. Вначале шила для кукол, потом для себя. Более серьёзные дизайнерские работы появились, уже когда училась в университете, на кафедре декоративно-прикладного искусства и народных промыслов.

— Почему увлеклись именно национальными платьями?

— В старших классах начала заниматься национальными танцами, выступала на концертах в составе ансамблей «Зори Кавказа» и «Амикс». Сценические наряды вызывали у меня восхищение.

— Шьёте ли мужскую национальную одежду?

— Мужской пока не занимаюсь, но планирую. Вообще, женский костюм мне больше интересен, так как в нём, как правило, больше декора и возможностей для творчества. Мужской — более сдержан и лаконичен.

Летопись в костюме
— Черкешенки носили распашное платье, напоминающее черкеску, с длинными рукавами. Это имело какой-то особый смысл?

— Распашное платье было у многих народов Кавказа. При этом наряды различались по крою, декору. Главное отличие нашего — длинные нарукавники и орнаменты, по которым можно было определить статус девушки: замужем она или нет, есть ли у неё дети. Орнаментику женского национального костюма адыгов можно называть летописью народа.

— А в наше время? Узоры на платьях, которые вы шьёте, имеют символическое значение?

— Сейчас орнаменты играют скорее декоративную роль. И техника выполнения узоров тоже изменилась. Если раньше мастерицы были ограничены в выборе материалов, то на сегодняшний день тканей и фурнитуры — изобилие. Появляются новые идеи и вариации исполнения узоров. Костюм меняется, сохраняя крой и основную этнофурнитуру.

Сейчас узоры играют чисто декоративную роль.
Сейчас узоры играют чисто декоративную роль. Фото: Из личного архива/ Радима Кушхова
— Где вы черпаете идеи для новых моделей?

— У меня всегда много эскизов-заготовок, долго думать над образом не приходится. Может вдохновить что угодно: природа, сон, платье, ткань, новая фурнитура, орнамент на кованых дверях и многое другое. Бывает и такое, что в процессе работы некоторые детали корректируются в зависимости от наличия фурнитуры: нагрудных застёжек, поясов, наверший на шапочку.

— Некоторые говорят, что национальные платья адыгов похожи на хиджаб, потому что открыты только лицо и кисти рук.

— Хиджаб и адыгские платья не имеют никакого отношения друг к другу, по крайней мере по крою и декору. Но действительно, в обоих костюмах все части тела женщины прикрыты. Поэтому национальное платье вполне могут носить девушки, строго придерживающиеся исламских рекомендаций в одежде.

— Всегда ли уместна стилизация одежды под старину?

— Смотря какого рода стилизация. Мне кажется, неприемлемо делать национальные узоры на мини-юбках или топах. Или же элементы мужского костюма на женских платьях.

— Носите ли вы джинсы и как относитесь к тому, что женщины их надевают?

— К современной одежде отношусь положительно, ношу джинсы. Как бы красивы ни были наши национальные наряды, они не так удобны в современном мире. Мода следует за этими переменами. Но я считаю, важно сохранить свои корни, культуру, и для этого стоит надевать национальные наряды хотя бы на праздники. На мой взгляд, в гардеробе каждого черкеса должен быть хотя бы один национальный костюм, хоть стилизованный.

— Правозащитники часто поднимают проблему неравноправия полов на Северном Кавказе. На ваш взгляд, нужно ли кавказским женщинам больше свободы, чтобы реализоваться профессионально, или, напротив, недостаточно заботы и внимания со стороны мужчин, чтобы была возможность отдавать себя семье?

— Я бы не сказала, что на Кавказе женщина не может самореализоваться. На дворе XXI век, есть масса возможностей для развития. Но для кавказской женщины семья на первом месте, и зачастую быт не позволяет воплощать какие-то идеи, приходится чем-то жертвовать, но это никак не связано с какими-либо ограничениями прав женщины.

Для меня, как девушки, выросшей в адыгской семье, слово мужчины всегда выше женского. Мой папа был для меня кумиром. Мои родители дали мне возможность для самореализации, а теперь, в замужестве, меня поддерживает новая семья. Муж — моя главная опора. Всегда выслушает, поддержит. Но решающее слово всегда за ним, и я ему полностью доверяю, так как знаю, что в ущерб моим идеям и мечтам он принимать решения не будет.

от admin

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.